Судебная практика по соучастию в преступлении

Полная информация на тему: "Судебная практика по соучастию в преступлении" в помощь грамотному гражданину.

Назначение наказания за совершенное в соучастии преступление

Основания наступления уголовной ответственности при соучастии

Соучастие, согласно ст. 32 УК РФ, есть не что иное, как совершение преступления в группе, минимальная численность которой — 2 человека, а максимальная неограниченна. Общее основание наступления уголовной ответственности едино — совершение действия или бездействие, которые содержат в себе все признаки состава преступления, предусмотренного какой-либо статьей Особенной части УК РФ.

То же самое касается и групповых преступлений, то есть совершенных в соучастии. Но есть некоторая особенность: ответственность наступает в отношении не только непосредственных исполнителей уголовно наказуемого деяния, но и тех, кто принимал участие в его подготовке, организации, оказывал помощь в сокрытии следов и т. д.

Иными словами, институт соучастия позволяет возлагать ответственность на лиц, которые лично не совершали преступных действий, но осуществляли (ст. 33 УК):

  • руководство действиями исполнителей преступления либо иную деятельность по организации уголовно наказуемого деяния;
  • склонение кого-либо к совершению уголовно наказуемого деяния любым способом;
  • содействие совершению рассматриваемых деяний путем предоставления орудий, информации либо иными путями, перечисленными в ч. 5 ст. 33 УК.

Таким образом, помимо непосредственного исполнителя (исполнителей), ответственность могут понести организаторы, подстрекатели и пособники соответственно.

[1]

Что учитывается при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии

В соответствии со ст. 34 УК при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, следует учесть следующие обстоятельства:

  • характер и степень фактически установленного участия каждого соучастника вне зависимости от его статуса;
  • значение участия каждого субъекта в достижении преступной цели;
  • влияние действий или бездействия конкретного лица на вред, причиненный преступлением.

Представляется, что, говоря о характере и степени участия в преступлении, законодатель недостаточно конкретизировал это понятие. Ученые-юристы сходятся во мнении, что для правильного правоприменения под этим стоит понимать непосредственную роль конкретного лица в совершении преступления, иными словами, вид соучастия, предусматриваемый ст. 33 УК РФ.

Определение значения действий каждого соучастника может быть крайне важно как для квалификации самого деяния, так и для назначения наказания. Например, при назначении наказания по ст. 210 УК (организация преступного сообщества) необходимо установить, кто именно осуществлял роль руководителя преступного сообщества. П. 10 постановления Пленума Верховного суда РФ от 10.06.2010 № 12 позволяет сформулировать примерные признаки, по которым можно определить такого руководителя.

Речь, в частности, идет о функциях последнего, которые могут быть выражены:

  • в определении целей создания и функционирования сообщества;
  • разработке планов его деятельности;
  • непосредственно подготовке преступлений тяжкой и особо тяжкой категорий;
  • даче указаний другим участникам сообщества;
  • распределении доходов, полученных в результате преступной деятельности, и т. д.

Судебная практика показывает, что организаторы и исполнители несут повышенную ответственность в рамках санкции соответствующей статьи Особенной части УК за преступления, совершенные в соучастии, нежели пособники и подстрекатели. Это в какой-то мере связано с тем, что степень непосредственного влияния последних на размер причиняемого вреда значительно ниже, чем у организатора или исполнителя.

Учет дополнительных обстоятельств при определении уголовной ответственности за соучастие

В ст. 67 УК определено, что смягчающие и отягчающие обстоятельства должны учитываться судами при определении меры наказания в рассматриваемых случаях. Равно как определяется роль каждого обвиняемого и обстоятельства, которые могут его охарактеризовать.

Учет смягчающих обстоятельств

Согласно ч. 2 ст. 67 УК смягчающие обстоятельства (равно как и отягчающие), имеющие отношение только к одному из соучастников, учитываются исключительно при назначении наказания именно ему. На остальных членов группы эти обстоятельства не распространяются.

Например, один из соучастников совершил убийство по мотивам сочувствия и сострадания к страдающему неизлечимой болезнью родственнику, а другой подстрекал его к этому с целью помешать жертве обнаружить пропажу похищенных ранее денежных средств.

Действия первого будут квалифицированы по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК (при отсутствии других квалифицирующих признаков), но при этом должны быть признаны и учтены смягчающие обстоятельства, в качестве которых здесь выступает мотив преступления.

Действия же подстрекателя должны расцениваться по ч. 4 ст. 33 (собственно подстрекательство), а к уже упомянутому п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК (групповое убийство) должен быть добавлен п. «к» этой же нормы (убийство в целях сокрытия иного преступления).

ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ! Организатор и подстрекатель имеют дополнительную возможность смягчить наказание, обратившись в органы власти или иным образом попытавшись предотвратить совершение преступления исполнителями.

Причем если удастся избежать задуманного преступления, то такие субъекты в силу ч. 4 ст. 31 УК будут освобождены от ответственности. Еще лояльнее закон к пособнику: для освобождения от ответственности ему достаточно сделать все возможное для предотвращения преступления независимо от того, удастся ему достичь этой цели или нет.

Учет отягчающих обстоятельств

Отдельно стоит отметить учет отягчающих обстоятельств при назначении наказания за групповые преступления. Существует несколько десятков статей УК, где соучастие, независимо от его формы, само по себе используется в качестве квалифицирующего признака. В таком случае в соответствии с ч. 2 ст. 63 УК недопустимо вторичное использование соучастия в качестве отягчающего вину признака. Верховный суд неоднократно указывал на это обстоятельство, что нашло свое отражение в судебной практике судов первой и последующих инстанций.

Как и смягчающие, отягчающие обстоятельства рассматриваются в отношении каждого соучастника.

Остается сделать вывод о том, что УК не ставит назначение наказания за преступление, совершенное в соучастии, в исключительную зависимость от роли субъекта, но указывает на необходимость учета целого ряда обстоятельств и соблюдение принципа справедливости при определении меры ответственности.

Приговор суда по ч. 5 ст. 33 УК РФ № 1-272/2017 | Виды соучастников преступления

о возвращении уголовного дела прокурору

г. Самара ДД.ММ.ГГГГ

Судья Советского районного суда г. Самары Лазарев Д.А.,

с участием помощника прокурора Алиева В.Н.О., подсудимой: Атауловой Т.М. и её защитника в лице адвоката Лозюк В.А., при секретаре судебного заседания ФИО7 Р.Ф., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № (№) в отношении:

АТАУЛОВОЙ ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки , гражданки РФ, со средним образованием, замужней, имеющей на иждивении троих несовершеннолетних детей, не работающей, проживающей по адресу регистрации: , не судимой,

проверив представленные материалы, заслушав мнение прокурора, обвиняемой и её защитника, суд,

Из обвинительного заключения следует, что органами предварительного следствия Атаулова Т.М. обвиняется в совершении пособничества в незаконном приобретении наркотических средств, в крупном размере для ФИО5, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ и в совершении незаконного приобретения, хранения без цели сбыта наркотических средств, в крупном размере, то есть преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Читайте так же:  Письмо от поставщика о задержке поставки товара

В судебном заседании судом на обсуждение поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора и фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой как более тяжкого преступления.

Государственный обвинитель Алиев В.Н.О. возражал против возвращения уголовного дела по вышеуказанным основаниям, так как не исследованы доказательства вины подсудимой и поэтому невозможно делать правильные выводы о квалификации содеянного.

Подсудимая Атаулова Т.М. и её защитник также возражали по поводу возвращения уголовного дела прокурору по вышеуказанным основаниям, поскольку это нарушает права подсудимой на защиту и невозможно установить в настоящее время истину по делу, в связи со смертью ФИО5

Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что уголовное дело в отношении обвиняемой Атауловой Т.М. подлежит возвращению прокурору , по следующим основаниям.

Согласно п. 1 и п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора и фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. N 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения. В тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, суд не может устранить самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

В соответствии с нормами ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Из текста обвинительного заключения следует, что Атаулова Т.М. обвиняется по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ в совершении пособничества в незаконном приобретении наркотических средств для ФИО5, совершенное в крупном размере, то есть преступлении, предусмотренном ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Согласно положениям статьи 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает: фамилии, имена и отчества обвиняемого или обвиняемых; данные о личности каждого из них; существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением; данные о гражданском истце и гражданском ответчике.

Данным требованиям закона, обвинительное заключение не соответствует, поскольку юридическая формулировка обвинения по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ не соответствует диспозиции статьи 228 УК РФ, так как не содержит указание о том, что обвиняемая действовала «без цели сбыта» наркотических средств.

Вместе с тем, в соответствии с действующим законодательством под незаконным сбытом наркотических средств понимается незаконная деятельность лица, направленная на их возмездную либо безвозмездную реализацию (продажа, дарение, обмен, уплата долга, дача взаймы и т.д.) другому лицу (далее — приобретателю). При этом сама передача лицом реализуемых средств может быть осуществлена любыми способами, в том числе непосредственно, путем сообщения о месте их хранения приобретателю или проведения закладки в обусловленном с ним месте.

Об умысле на сбыт указанных средств могут свидетельствовать при наличии к тому оснований их приобретение и наличие соответствующей договоренности с потребителями и т.п.

В нарушение указанных требований закона, несмотря на то обстоятельство, что из фабулы предъявленного Атауловой Т.М. обвинения по эпизоду преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ очевидно, что она выполнила все необходимые действия по передаче наркотических средств, органами предварительного следствия её действия были квалифицированы как пособничество в незаконном приобретении наркотических средств, в крупном размере для ФИО5, то есть преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ без указания на то, действовала ли она в целях сбыта наркотических средств или без цели их сбыта.

Наличие вышеуказанных противоречий по предъявленному Атауловой Т.М. обвинению по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ и несоответствие фактических обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении, юридической формулировке обвинения, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой как более тяжкого преступления, и является существенным нарушением уголовного закона, неустранимым в суде, способного повлиять на исход дела и искажающим саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, в связи с чем уголовное дело подлежит возвращению прокурору на основании п. 1 и п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Меру пресечения Атауловой Т.М. суд полагает оставить прежней — в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, с учетом характера и тяжести предъявленного обвинения, а также данных о её личности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 237, 256 и 109 УПК РФ, суд

Возвратить прокурору уголовное дело в отношении АТАУЛОВОЙ ФИО9, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 и ч. 2 ст. 228 УК РФ на основании п. 1 и п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения АТАУЛОВОЙ ФИО10 — в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить прежней.

Настоящее постановление может быть обжаловано в течение 10 суток в Самарский областной суд через Советский районный суд г. Самары.

Судья: подпись Д.А.Лазарев

Приговоры судов по ч. 5 ст. 33 УК РФ

ФИО1 совершено соучастие в форме пособничества в подделке официального документа, предоставляющего права, в целях его использования, при следующих обстоятельствах. Так, он, в августе 2016 года, более точное время не установлено, находясь по адресу.

Подсудимый Варакин В.А. совершил преступление на территории Нижегородского района г. Н.Новгорода при следующих обстоятельствах.[ 00.00.0000 ] около . минут К., [ 00.00.0000 ] года рождения, имея преступный умысел, направленный на незаконное прио.

Квалификация совершенных в соучастии преступлений

Понятие квалификации преступлений, совершенных в соучастии, и ее нормативная база

Квалификация преступления – это процесс установления тождества между фактически совершенным деянием и тем составом преступления, который описан в Особенной части УК РФ. В случае, когда речь идет о соучастии, недостаточно констатировать сам факт преступления, нужно также установить наличие обстоятельств, описанных в статьях УК, касающихся вопросов соучастия в преступлении. Крайне важно установить форму и вид соучастия. Таким образом, под квалификацией преступлений, совершенных в соучастии, можно понимать дачу уголовно-правовой оценки фактически установленным обстоятельствам, утверждающей, что совершенное двумя или более лицами умышленное деяние содержит в себе все признаки состава преступления, предусмотренного какой-либо статьей Особенной части УК РФ.

Читайте так же:  Дисциплинарное взыскание по тк рф - виды и основания

Обратите внимание! Несмотря на то что УК РФ является основным источником уголовного права РФ и никакие другие акты не могут предусматривать уголовную ответственность за какие-либо действия, некоторые его формулировки могут показаться недостаточно конкретизированными и оставлять вопросы, что вызывает затруднения при квалификации групповых преступлений.

Для решения этих проблем правоприменитель должен обратиться к дополнительным источникам. Особенное значение имеет судебная практика. При этом речь идет о практике судов всех уровней, будь то суд общей юрисдикции, принявший решение в первой инстанции, или постановление Пленума Верховного суда РФ. Так, значительные разъяснения по вопросам квалификации преступлений, предусмотренных ст. 209 и 210 УК (бандитизм и организация преступного сообщества соответственно), можно найти в постановлении от 10.06.2010 № 12. Например, об ответственности несовершеннолетних участников таких организаций и возможности эксцесса исполнителей — членов таких сообществ.

Признаки соучастия и его квалификация

Основные признаки соучастия содержатся в его определении. Речь идет:

  • о совместной деятельности 2 и более лиц;
  • умышленном характере этой деятельности.

С точки зрения конструкции состава преступления речь идет о субъектах преступления и объективной стороне. Их установление имеет самое большое значение для правильной квалификации.

Особенности субъекта преступления, совершенного в соучастии

Соучастие предполагает как минимум 2 субъектов преступления. При этом они должны удовлетворять всем требованиям, предъявляемым к ним УК, таким как:

  • достижение возраста наступления уголовной ответственности;
  • вменяемость.

Эти 2 обстоятельства обязательно должны быть установлены. Если хотя бы одному из этих критериев одно из лиц, совершивших преступление, не соответствует, оценивать его как соучастника нельзя.

Ст. 33 УК РФ предполагает разделение соучастия на виды в зависимости от роли субъекта в совершении преступления. Если преступление не совершено в соисполнительстве (есть иные участники, кроме исполнителей), то деяние должно квалифицироваться со ссылкой на соответствующую часть ст. 33 УК, за исключением принятия лицом дополнительно непосредственного участия в совершении преступления (в этом случае квалификация по ст. 33 не требуется).

Если состав преступления предусматривает его совершение специальным субъектом, то при совершении его в соучастии лица, не обладающие признаками такого субъекта, могут исполнять только роли, предусмотренные чч. 3–5 ст. 33 УК РФ.

Соучастие с несовершеннолетним

Важно! Вовлечение несовершеннолетнего в противоправные действия само по себе квалифицируется как отдельное преступление, предусмотренное по ст. 150 УК РФ. Но все последующие преступные действия, совершенные вовлеченным несовершеннолетним, не достигшим возраста уголовной ответственности, соучастия не образуют — исполнителем по ним признается совершеннолетний вовлекатель. Если же несовершеннолетний достиг возраста ответственности, соучастие будет иметь место.

Умысел как обязательное условие для квалификации соучастия

Определение соучастия предполагает совершение только умышленных преступлений. При этом крайне важно, чтобы оба участника не только в полной мере осознавали сам факт преступности своих действий, но и оценивали преступный умысел. Иными словами, квалифицировать как соучастие можно только те действия, которые охватывались умыслом всех субъектов.

Например, если 2 лица совершают кражу из вагона железнодорожного состава с разных его концов и не действуют совместно, не знают о намерениях друг друга, говорить о соучастии нельзя. Равно как нельзя говорить о пособничестве, если лицо передает холодное оружие другому лицу, не зная о намерении последнего совершить убийство, и т. д.

Видео (кликните для воспроизведения).

Обратите внимание! Эксцесс исполнителя крайне показателен в рассматриваемом вопросе. Ст. 36 УК предусмотрены рамки ответственности остальных соучастников преступления в случае, когда один из них в своих действиях вышел за пределы общего умысла. В таком случае действия такого исполнителя квалифицируются по фактическому составу, а действия остальных соучастников — по общему умыслу и тому, что совершено ими.

При наличии сговора на совершение грабежа один из соисполнителей в ходе совершения преступления достает нож и угрожает им потерпевшему. В данном случае имеет место разбой, но угроза ножом не охватывалась общим умыслом соучастников. Таким образом, ответственность по ст. 162 УК (разбой) несет только один из соучастников — фактически его совершивший. Остальные же привлекаются по ст. 161 УК (грабеж).

Роль мотива и цели соучастников при квалификации преступлений

Отдельно стоит отметить учет мотива и цели при квалификации преступлений, совершенных в соучастии. Некоторые статьи УК учитывают мотив и цель в качестве квалифицирующего признака состава преступления (например, пп. «к» и «л» ст. 105 УК РФ).

Возникает вопрос, должны ли мотив и цель быть общими для всех соучастников? Представляется, что:

  • Если мотив и цель не выступают в роли квалифицирующих признаков состава, то учитывать их отдельно при квалификации не требуется: нормы УК не предусматривают обязательной осведомленности каждого субъекта преступления о мотивах и целях своих соучастников, достаточно наличия общего умысла на совершение преступления.
  • Если же цель и мотив рассматриваются в качестве квалифицирующих признаков, будет правильным учитывать их при квалификации для каждого субъекта. Так, если один из соучастников убил жертву из корыстных побуждений, а второй подстрекал его с целью скрыть иное, ранее им совершенное преступление, их действия должны квалифицироваться отдельно.

Форма соучастия и квалификация

При квалификации соучастия в преступлении нужно учитывать форму соучастия, если она используется в качестве признака состава. Если часть статьи УК предусматривает более сложную форму соучастия, нежели по факту установлена следствием, то недопустимо квалифицировать деяние с использованием такого квалифицирующего признака.

Преступное сообщество — наиболее опасная форма соучастия. Создание его или его вида, банды, влечет ответственность по ст. 210 и 209 УК РФ соответственно. Пленум Верховного суда в постановлении от 10.06.2010 № 12 разъяснил, что для правильной квалификации роли участников такого сообщества важно установить фактически занимаемое ими место в организации, возможное наличие коррупционных связей и т. д. Для правильной квалификации необходимо выяснить роль не только руководителя такого сообщества, но и каждого конкретного обвиняемого, данные о его личности.

Важно! С 12.04.2019 УК РФ дополнен ст. 210.1, предусматривающей ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии. Максимальное наказание — 15 лет лишения свободы со штрафом до 5 млн рублей.

Правила квалификации преступлений, совершенных в соучастии

Проанализировав действующее уголовное законодательство и судебную практику, можно сформулировать следующие правила квалификации групповых преступлений:

[3]

Остается сделать вывод о том, что квалификация преступлений, совершенных в соучастии, требует учета дополнительных обстоятельств, связанных с признаками соучастия как уголовно-правового явления, особенностей умысла преступника и признаков, определяющих его как субъекта преступления.

Читайте так же:  Законодательно закреплено право проведения административного расследования в отношении коллекторов

Соучастие в преступлении (на основе анализа судебной и следственной практики)

Дипломная работа — пример

Содержание

Введение 3
Раздел I. Соучастие как институт уголовного права 7
1.1.Понятие соучастия в преступлении 7
1.2.Объективные и субъективные признаки соучастия 11
Раздел II. Характеристика форм и видов соучастия 21
2.1.Формы соучастия в преступлении 21
2.2.Виды соучастников преступления 26
Раздел III. Ответственность соучастников и квалификация их действий 35
3.1. Основания ответственности соучастников 35
3.2. Ответственность при неудавшемся соучастии в преступлении 38
3.3. Ответственность при добровольном отказе от соучастия в преступлении 42
3.4. Ответственность соучастников при эксцессе исполнителя 46
Заключение 52
Список используемых источников 58

Введение

Список литературы

Проблемы определения соучастия в судебной практике

Институт соучастия традиционно является одним из сложнейших в теории уголовного права. Многообразие способов совершения преступлений в соучастии, неясность уголовных норм касающихся соучастия, противоречивая судебная практика создают множество проблем в данной области. Судебная и следственная практика применения уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за преступление в соучастии, сопряжена с многочисленными судебными и следственными ошибками. Немало трудноразрешимых вопросов в правоприменительной деятельности создает отсутствие единообразного толкования особенностей данного понятия.

Изучив обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за последние несколько лет, я пришла к выводу, что наиболее часто встречаются проблемы необоснованной квалификации по признаку совершения преступления по предварительному сговору группой лиц. Ниже представлены несколько примеров.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 10 Постановления от 27 января 1999 г. N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» указал: «Предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. При этом, наряду с соисполнителями преступления, другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства и их действия надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 33 и п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ»

По смыслу уголовного закона, как убийство двух лиц, совершённое группой лиц по предварительному сговору (пп. «а» и «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ), должны квалифицироваться действия осуждённых лишь при условии, если каждый из них принимал непосредственное участие в умышленном причинении смерти всех потерпевших, то есть являлся соисполнителем.

По приговору Верховного Суда Республики Татарстан от 15 января 2009 г. М. и Ш. осуждены к лишению свободы по пп. «а», «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ и п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ с применением ч.3 ст.69 УК РФ на 20 лет в исправительной колонии строгого режима. Судом установлено, что во исполнение умысла на разбойное нападение на М-ва и Х. и убийство обоих Ш., действуя согласованно с М., с целью причинения смерти М-ву нанес ему не менее одного удара ножом в брюшную полость, причинив телесные повреждения, от которых М-ов через непродолжительное время скончался в ГКБ № 12 г. Казани. М., согласно отведённой ему роли, в составе группы лиц по предварительному сговору напал на Х. и с целью завладения деньгами и причинения ей смерти нанес не менее двух ударов ножом в область сердца и левой боковой поверхности живота, причинив ей повреждения, от которых она скончалась на месте происшествия.

В силу положений ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями).

[2]

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признаётся совершённым группой лиц по предварительному сговору, если в нём участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. По смыслу уголовного закона, непосредственное участие в совершении преступления совместно с другими лицами означает, что исполнитель выполняет объективную сторону состава преступления совместно с другим лицом (лицами).

Судом установлено, что М. и Ш. не оказывали друг другу какого-либо содействия в убийстве потерпевших, каждый из них совершил убийство одного потерпевшего: М. — Х., Ш. — М-ва. При таких обстоятельствах Судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии в их действиях квалифицирующего признака убийства «совершённое группой лиц» и переквалифицировала действия М. и Ш. на п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, смягчив назначенное им наказание. Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за первое полугодие 2009 года, http://www.vsrf.ru

Согласно п. 10 Постановления от 27 января 1999 г. N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» …наряду с соисполнителями преступления, другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства и их действия надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 33 и п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ». Таким образом, если убийство совершено двумя или более соисполнителями, то их действия надлежит квалифицировать по п. ж ч. 2 ст. 105 УК РФ. Если наряду с соисполнителями в совершении преступления принимают участие организатор, подстрекатель или пособник, то их действия также надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 33 и п. ж ч. 2 ст. 105 УК РФ. Положение меняется, если наряду с организатором, подстрекателем или пособником убийство непосредственно совершается одним исполнителем. В этом случае (в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ) квалификация по п. ж ч. 2 ст. 105 УК РФ невозможна ни в отношении исполнителя, ни в отношении других соучастников.

В п. 8 Постановления Пленума от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое» Верховный Суд указал:«Если организатор, подстрекатель или пособник непосредственно не участвовал в совершении хищения чужого имущества, содеянное исполнителем преступление не может квалифицироваться как совершенное группой лиц по предварительному сговору».

Действия лица, не принимавшего непосредственного участия в нападении на потерпевшего, но содействовавшего совершению этого преступления советами, указанием места совершения преступления, участием в разработке плана действий и осведомленного об орудии преступления, не образуют признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, а квалифицируются как пособничество и подлежат квалификации по ч. 5 ст. 33 и ст. 162 УК РФ.

Так в своем постановлении Президиум Верховного Суда РФ изменил судебные решения в отношении пособников убийства и указал что: «преступление, совершенное группой лиц, предполагает не менее двух исполнителей, соучастие в форме пособничества группы не образует и этот квалифицирующий признак подлежит исключению из обвинения.» Постановление № 495п03 по делу Бачкало и других, http://www.vsrf.ru

Братья Бачкало Дмитрий и Станислав, а также Арчаков, вступив в сговор на завладение чужим имуществом, решили ограбить квартиру Р. С этой целью они решили убить несовершеннолетнюю Р., завладеть ключами от квартиры и совершить кражу денег и драгоценностей. Арчаков и Бачкало Дмитрий обманным путем вызвали из квартиры несовершеннолетнюю Р. и доставили на старый автодром, где их ждал Бачкало Станислав.

Читайте так же:  Образец справки об оплате уставного капитала ооо

Арчаков выстрелил Р. в шею, а когда потерпевшая упала, он же два раза ударил ее арматурой по голове. От полученных телесных повреждений потерпевшая Р. скончалась на месте. Похитив у потерпевшей золотую цепь и ключи от квартиры, Арчаков и братья Бачкало закопали труп Р. и с места происшествия скрылись. На следующий день они проникли в квартиру Р. и похитили оттуда деньги, вещи и другие ценности. Действия виновных квалифицированы судом по п.п. «ж», «з», «к» ч.2 ст.105 УК РФ, п.п. «а», «б», «г» ч.2 ст.158 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РФ изменил судебные решения, исключил из приговора осуждение Арчакова по п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ, а действия Бачкало Станислава и Бачкало Дмитрия переквалифицировал с п.п. «ж», «з», «к» ч.2 ст.105 УК РФ на ч.5 ст.33 и п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ.

В постановлении Президиума указано, что преступление, совершенное группой лиц, предполагает не менее двух исполнителей, соучастие в форме пособничества группы не образует и этот квалифицирующий признак подлежит исключению из обвинения. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2003 года, http://www.vsrf.ru

Предложение о совершении разбойного нападения в соответствии с требованиями ч.4 ст. 33 УК РФ квалифицировано как подстрекательство к совершению преступления. Действия осужденных по эпизоду разбойного нападения необоснованно квалифицированы по признаку совершения преступления по предварительному сговору группой лиц. Установлено, что Митиненко предложила Гагаеву совершить разбойное нападение на потерпевшую в целях завладения ее имуществом. Гагаев согласился и нанес потерпевшей Х. множественные удары поленом по голове, а затем кочергой и топором по различным частям тела. Смерть потерпевшей Х. наступила на месте происшествия в результате закрытой черепно-мозговой травмы. Завледев имуществом потерпевшей на сумму 16480 рублей, Гагаев и Митиненко скрылись с места происшествия.

Суд первой инстанции квалифицировал действия Гагаева по п. «з» ч.2 ст. 105 и п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ, Митиненко — по ч.5 ст. 33 и п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ. Суд кассационной инстанции оставил приговор без изменения.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации, изучив доводы надзорных жалоб Гагаева и проверив материалы уголовного дела, переквалифицировал действия Митиненко с ч.5 ст. 33 и п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ на ч.4 ст. 33 и ч.2 ст. 162 УК РФ (в редакции от 21 июля 2004 года) и исключил из осуждения Гагаева по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ квалифицирующий признак разбоя «группой лиц по предварительному сговору».

Президиум мотивировал свое решение следующим образом. Судом установлено и отражено в приговоре, что Митиненко только предложила Гагаеву совершить нападение на потерпевшую в целях хищения ее имущества, непосредственного участия в нападении она не принимала. Суд признал, что исполнителем преступления был один Гагаев, а Митиненко принимала соучастие в разбое в форме пособничества, выразившегося в том, что она предложила Гагаеву совершить нападение на Х., и квалифицировал ее действия по ч.5 ст. 33 и п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ.

Таким образом, суд, придя к правильному выводу о том, что исполнителем разбоя был один Гагаев, при квалификации действий, совершенных Митиненко, ошибочно указал, что она являлась пособником в разбое. Предложение о совершении разбойного нападения в соответствии с требованиями ч.4 ст. 33 УК РФ следует признать подстрекательством к совершению преступления. По смыслу закона при наличии одного исполнителя и другого лица, являющегося подстрекателем к совершению преступления, действия осужденных не могут быть квалифицированы как совершенные группой лиц по предварительному сговору. Поэтому данный квалифицирующий признак исключен из осуждения Гагаева и Митиненко. Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2007 года, http://www.vsrf.ru

В связи с вышеизложенным, ст. 35 УК РФ, ч.2 гласит, что преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Речь о соисполнительстве идет только в первой части ст. 35 УК РФ. Обязательное наличие двух или более исполнителей обязательно только для группы лиц без предварительного сговора, о чем прямо говорит уголовный закон (ч. 1 ст. 35 УК РФ).

Соучастие в преступлении: проблемы квалификации и законодательного применения

Дата публикации: 14.04.2017 2017-04-14

Статья просмотрена: 6744 раза

Библиографическое описание:

Лисица А. А., Шищенко Е. А. Соучастие в преступлении: проблемы квалификации и законодательного применения // Молодой ученый. — 2017. — №15. — С. 262-265. — URL https://moluch.ru/archive/149/42104/ (дата обращения: 09.09.2019).

В данной статье поднимается тема, которая очень актуальна на сегодняшний день, и которая порождает много вопросов в правоприменительной практике, но ответов на эти вопросы не так много. Соучастие в преступления — это тема нашей статьи. В ней будут рассмотрены проблемы, с которыми чаще всего сталкиваются суды при разрешении уголовных дел и вынесении приговоров лицам, совершившим преступление в соучастии, и пути решения этих проблем. Также будут приведены примеры из судебной практики, когда судами были допущены ошибки при разбирательстве дел о соучастии.

Ключевые слова: соучастие в преступлении; проблемы института соучастия в преступлении; соучастие с несовершеннолетними лицами; квалификация преступлений, совершенных в соучастии

Впервые законодательно такой институт, как соучастие в преступлении, нашел отражение в Уголовном уложении 1903 года. Далее, в советском уголовном праве он был закреплен в УК РСФСР 1960 г., и статья 17 звучала таким образом: «Умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления» [2].

В ныне действующем Уголовном кодексе РФ 1996 года содержится целая глава 7, которая состоит из пяти статей и включает в себя такие понятия, как: формы соучастия, эксцесс исполнителя преступления, виды соучастников, особенности ответственности соучастников [1].

В правоприменительной практике при квалификации преступлений, совершенных группой лиц без предварительного сговора, группой лиц по предварительному сговору, преступным сообществом или организованной группой, возникают трудности, так как соучастие требует давать правовую характеристику сразу нескольких лиц, действия которых связаны единым умыслом и совместным совершением общественно опасного деяния.

В настоящее время в институте соучастия возникает много проблем. Они, в большинстве своем, являются спорными.

Стоит перечислить некоторые проблемы соучастия в преступлении, встречающиеся на практике.

  1. Проблема неосторожного сопричинения. В этом случае несколько лиц, заранее не договариваясь и не согласовывая между собой свои намерения, действуя в одиночку, по неосторожности совершают одно преступление.
  2. Проблема неправильной квалификации. Не являются редкостью такие случаи, когда суд квалифицирует преступление как совершенное по предварительному сговору, когда сговора не было или пособника преступления квалифицируют как соисполнителя.
  3. Проблема отсутствия в действующем УК РФ отличительных критериев «преступного сообщества» от «преступной организации» или «группы лиц по предварительному сговору» от «организованной группы».
  4. Проблема посредственного исполнительства (посредственного причинения вреда) при соучастии в преступлении. В данном случае одно лицо, которое рассматривается как исполнитель, совершает преступную деятельность, и в качестве орудия преступления использует лиц, не обладающих признаками субъекта преступления (невменяемых или не достигших возраста уголовной ответственности).
Читайте так же:  Образец приказа о повышении и снижении заработной платы

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ, лицо, вовлекшее в совершение преступления, не достигшего возраста уголовной ответственности или невменяемого, несет уголовную ответственность за данное общественно опасное деяние как исполнитель.

Об этом же говорится и в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 [3].

Но при этом некоторые ученные утверждают, что при таком соучастии, в котором участвуют не подлежащие уголовной ответственности лица под руководством вменяемого и достигшего возраста уголовной ответственности лица, соучастия как такового нет, так как невменяемое и не достигшее возраста лицо не является субъектом преступления [4]. Из этого следует, что уголовной ответственности подлежит только одно лицо исполнитель. Как нам известно из статьи 32 УК РФ, в соучастии принимают участие два или более лица. При этом подразумевается, что эти лица являются вменяемыми и достигли возраста уголовной ответственности на момент совершения преступления (по общему правилу — 16 лет, а в некоторых случаях 14 лет). А значит, в таком соучастии участвует только одно лицо, являющееся субъектом преступления, и вряд ли такое лицо может называться исполнителем преступления.

Непонятно, почему посредственное исполнительство или посредственное причинение относится к соучастию (ч. 2 ст. 33 УК РФ). Ведь как говорится в той же ч. 2 ст.33 УК РФ «другие лица», под которыми понимаются, в том числе, и невменяемые лица, не являются субъектами преступления и не подлежат уголовной ответственности, как уже было сказано ранее, именно поэтому они и не могут являться соучастниками преступления. Из этого следует, что в этих случаях соучастия как такового нет.

Что касается проблемы неосторожного сопричинения, то она на сегодняшнее время остается довольно спорной.

Уголовное законодательство Российской Федерации не признает неосторожность при соучастии. В статье 32 УК РФ четко определено, что соучастием является только совершение умышленного преступления. Но некоторые ученые придерживаются другого мнения, согласно которому неосторожность в соучастии возможна.

Н. Д. Сергеевский полагал, что неосторожное соучастие случается, когда соучастники не предвидят последствия, но могут и должны предвидеть. Например, на крыше дома работают люди, и начальник без достаточных предостережений приказывает сбросить бревно вниз, один рабочий подзывает на помощь другого, и они вместе скидывают его. Бревно падает на человека и причиняет ему смерть. В этом случае, начальник — подстрекатель в неосторожном соучастии, первый работник — исполнитель, а второй — пособник или соисполнитель, в зависимости от того, какие действия он предпринимал, чтобы помочь [5].

С Н. Д. Сергеевским был солидарен и И. Я. Хейфец, который в своей книге выделил целую главу о неосторожном подстрекательстве [6].

Ф. Лифт был не согласен с тем, что в соучастии есть место неосторожности. Он считал, что нет неосторожного подстрекательства и пособничества, есть только умышленное, так как и подстрекатель и пособник вполне могут осознавать свои действия и их последствия [7].

Что касается остальных перечисленных проблем, то можно обратиться непосредственно к судебной практике.

При изучении спорных и проблемных моментов в институте соучастия, а также судебной практики по соучастию, можно сделать вывод, что наши суды, как и раньше, достаточно серьезно и часто ошибаются в квалификации преступлений по данному институту. Не вносят ясности и четкости также и постановления Пленума Верховного Суда РФ. Многие люди осуждены по результатам неправильной квалификации и срок заключения под стражей у них выше, чем они того заслужили.

На наш взгляд, существование таких проблемы зависит от нескольких причин. Прежде всего, правоохранительные органы хотят повысить процент показателей о раскрываемости преступлений в институте соучастия. Здесь идет речь непосредственно о группах по предварительному сговору, преступных сообществах и т. д. И при этом не принимается во внимание, что в конкретном преступлении отсутствуют признаки, например, организованной группы. Также некоторые свидетели вводят в заблуждение суд, дав ложные показания насчет конкретного лица, а суд, в свою очередь, не разобравшись до конца, выносит приговор на основании ложных показаний свидетеля, тем самым утверждает неправильную квалификацию преступления. Как уже было сказано выше, отсутствие четких критериев различия между группой лиц по предварительному сговору и организованной группой в уголовном законодательстве также может вводить в заблуждение суд.

Уголовному законодательству нашей страны необходимо в срочном порядке решать эти проблемы, потому что соучастие представляет собой очень серьезный институт, так как в одном преступлении задействуются сразу несколько лиц, от чего общественная опасность поднимается в разы.

На наш взгляд, государству необходимо принять ряд мер для исправления этих ошибок и проблем. В первую очередь, нужно разработать четкие критерии разграничения между группой лиц по предварительному сговору, преступным сообществом, организованной группой и т. д. Также следует тщательнее проводить следствие по данному институту, при этом обязательно привлекать к ответственности должностных лиц правоохранительных органов, которые сознательно «закрыли глаза» на отсутствие признаков конкретного преступления. В каждом случае, в суде при разрешении дела о соучастии, необходимо обязать суд обращаться не только к нормам уголовного закона, но и к всевозможным действующим постановлениям, которые уточняют и расширяют положения о соучастии.

Видео (кликните для воспроизведения).

Когда уголовное законодательство начнет активно бороться с проблемами соучастия, процент преступлений, совершенных в соучастии, станет меньше, повысится процент раскрываемости таких преступлений, и что самое важное — будет снижен процент ошибочной квалификации при вынесении приговора и назначении уголовного наказания.

Источники


  1. Вышинский, А. Я. А. Я. Вышинский. Судебные речи / А.Я. Вышинский. — М.: Государственное издательство юридической литературы, 2017. — 564 c.

  2. Рогожин Н. А. Арбитражный процесс; Юстицинформ — Москва, 2012. — 240 c.

  3. Теория государства и права / ред. К.А. Мокичев. — М.: Юридическая литература, 2005. — 520 c.
  4. Арсеньев К. К. Заметки о русской адвокатуре; Автограф — М., 2013. — 560 c.
  5. Дельбрюк, Б. Введение в изучение языка. Из истории и методологии сравнительного языкознания: моногр. / Б. Дельбрюк. — М.: Едиториал УРСС, 2015. — 154 c.
Судебная практика по соучастию в преступлении
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here